ТАТЬЯНА ФИАЛКОВА ОБ «ИНТЕРМУЗЕЕ», МУЛЬТИМЕДИА И АВ-РЫНКЕ
fialkova_tatiana_260px.jpg
Татьяна Фиалкова из компании INTmedia рассказывает о некоторых аспектах работы в музейном секторе АВ-рынка и о фестивале «Интермузей», прошедшем в июне в этого года в Москве.
 
В июне в московском Манеже прошёл очередной, уже 16-й, Международный фестиваль музеев «Интермузей». И как всегда с самого его основания в нём участвовала российская АВ-компания INTmedia (www.intmedia.ru), специализирующаяся на создании мультимедийных комплексов в музеях. В ходе выставки мы сняли несколько видеороликов о самых интересных технологических новинках фестиваля (чтобы посмотреть их, воспользуйтесь QR-кодами на поле слева), а в этом номере публикуем интервью с заместителем генерального директора INTmedia Татьяной Фиалковой (на фото). Артём Милованов расспросил её о том, какие технологические тенденции сегодня наиболее ярко проявляются в музейном деле, какие впечатления остались у неё от «Интермузея-2014», а также о том, что нужно сделать музейщикам и АВ-специалистам, чтобы упростить жизнь друг друга и сделать музеи более привлекательными для публики.
 
Артём Милованов: Что нового происходит в плане оснащения АВ-технологиями современных музеев в мире вообще и в России в частности?
 
Татьяна Фиалкова: Музеи сегодня находятся на самом пике внедрения АВ-технологий. Можно сказать, что они впитывают новинки быстрее, чем почти любой другой сектор. Это связано с тем, что музеи в очень большой степени переориентируются на показ не просто отдельных экспонатов, а на демонстрацию предметов внутри некоторых сценариев, на создание шоу с участием своих экспонатов в окружении контента, связанного с содержанием музея. Для музейщиков это новый способ привлечения посетителей, ведь сегодня люди приходят в музеи не только для того, чтобы посмотреть на экспонаты, но и ещё для того, чтобы интересно провести время, получить новые эмоции, впечатления. Удобный инструмент, позволяющий дать всё это посетителю, — мультимедиа. Кураторы музеев активно пользуются этим инструментом. Причём когда мы говорим о мультимедиа в музеях, речь идёт не просто о проекторах и экранах, как это было раньше, а о более изысканных и разнообразных способах подачи информации. За этим всякий раз стоит какая-то идея, которая должна быть реализована с помощью неких изобразительных средств не так, как это уже было у коллег/конкурентов. Следовательно, применяемые средства должны быть очень разнообразны.

АМ: Если ли какие-нибудь чисто российские особенности внедрения АВ-технологий в музейное дело?

ТФ: Да, и они связаны вообще с особенностями жизни и ведения бизнеса в России. Например, очень часто бывает так, что оборудование в музей закупается до того, как создан проект или даже разработана концепция экспозиции. Это очень большая ошибка, и связана она со схемой выделения денег музеям (например, их необходимо потратить в определённые сроки и т. п.). Поэтому одна из основных проблем у нас связана с рассогласованием целей музейного проекта и способов их достижения — часто получается так, что в проектной документации написано одно, а на практике выходит совсем другое. Что же касается набора и скорости внедрения АВ-технологий, то я не могу сказать, что Россия сильно отличается от остального мира.

АМ: На АВ-рынке наблюдается несколько тенденций, о которых много и подробно говорят и журналисты, и эксперты и представители компаний, — это в первую очередь конвергенция АВ и IT, развитие и распространение технологий 4K, а также проникновение консьюмерских продуктов и решений в профессиональную АВ-среду. Как с этим обстоит дело в музейной отрасли?

ТФ: Связь между АВ и IT в музейном деле очень сильно развита и очень актуальна во всех своих проявлениях — в том числе в области передачи данных, в области отслеживания работоспособности систем и т.д. Как я уже сказала, музейная экспозиция сегодня — это экспонаты, помещённые внутрь некоторого сценария показа. Часто такой сценарий бывает автоматизирован, что требует применения совместно АВ- и IT-технологий. А вот о 4K музеи сегодня не знают — им не известно, что эта тема так актуальна в АВ-мире. Но скоро, я думаю, они об этом узнают и несомненно воспользуются возможностями 4K. Проникновение консьюмерских продуктов в части применения концепции BYOD приветствуется музеями — они стремятся использовать такие механизмы как можно больше.

АМ: В июне в прошёл очередной «Интермузей». Насколько нам известно, у него с этого года новые хозяева. Что изменилось? Какие тенденции особенно ярко проявились в этом году на фестивале?

ТФ: «Интермузей» всегда был мероприятием, на которое съезжаются музейщики со всей страны, чтобы встретиться, познакомиться, пообщаться и обсудить насущные проблемы. В этом смысле фестиваль своего содержания не изменил и в этом году. Но если раньше это была своего рода музейная ярмарка, на которой музеи показывали свои достижения, — каждый участник старался выделиться, их стенды имели оригинальный дизайн, и музейщики на полную включали воображение, чтобы представить свои успехи, — то в 2014 году «Интермузей» в этом отношении сильно изменился: вся выставка была сделана по единому проекту, всем участникам был выдан одинаковый набор оборудования — представлен одинаковый набор возможностей — и выставка по отношению к музеям была сильно унифицирована. В итоге экспозиция немного напоминала построившихся на параде солдат. Тем не менее, внутри фестиваля проходили конкурсы, в рамках которых музеи могли предъявить публике свои творческие высказывания. Очень сильно проявилось в этом году стремление музеев применять мультимедиа-технологии. Это связано не только с тем, что изменился мир вокруг нас и подход и требования к музейному строительству, но и с установкой Министерства культуры на «мультимедизацию» музеев. Не уверена, что это хорошо: с моей точки зрения мультимедиа не может быть единственным или главным содержанием экспозиции. Я считаю, что мультимедиа имеет служебную функцию, помогает музеям показать свою коллекцию в рамках какой-то концепции. Когда же мультимедиа выходит на первый план, это ставит с ног на голову всю технологию музейного строительства.
Посетив этот «Интермузей», можно было подумать, что мы стремимся использовать мультимедиа как самодостаточный элемент экспозиции, хотя на самом деле это не так и так быть не может. Ещё одна тенденция, которая, как мне показалось, была очень заметна, заключалась в том, что музеи становятся не только инструментом распространения знаний, но подчас и инструментом государственной пропаганды. 
zaraiskiy_cremlin.jpg
Авторы идеи диорамы для историко-архитектурного, художественного и археологического музея «Зарайский кремль» — Евгения Добровольская и Михаил Тюленев. Создана она силами сотрудников музея, учёных и специалистов компании INTmedia 

АМ: А что происходит у вас, в INTmedia?

ТФ: Мы работаем. Для нас сейчас благодатное время, так как музеи стремятся внедрять новые АВ- и IT-решения. Их требования в этом направлении очень сильно повысились и они стали более профессионально работать с подрядчиками. Мы сейчас ведём несколько крупных проектов — например, Музей оружия в Туле — большой проект, наполненный мультимедиа. Мы помогаем реализовать разработанный совместными усилиями музейных работников, учёных и художников мультимедийный сценарий, который будет пронизывать всю экспозицию. Мы также работаем в Царском селе над созданием музея Первой Мировой войны. Это очень ответственная и очень ёмкая работа. Мы участвуем там в разработке контента и в проектировании и инсталляции мультимедийного комплекса. Из уже полностью реализованных проектов отмечу Историко-архитектурный, художественный и археологический музей «Зарайский кремль», а в нём — очень хорошо реализованный и технологически и эстетически элемент — живую диораму: макет первобытной стоянки, в котором движутся голографические фигуры — своего рода театр первобытной стоянки, видя который, посетители могут лучше понять, как жили наши предки. Ещё мы участвовали в реализации проекта Национального музея истории Республики Казахстан в Астане — наши инженеры настраивали там панорамы на базе Dataton WATCHOUT. В этом музее создана очень богатая экспозиции — есть даже огромная карта из мультимедийных полов и парящая под потолком птица из шаров, на которую проецируется изображение, создающее иллюзию полёта. А из зарубежных проектов, в которых мы не участвовали, лично на меня произвёл большое впечатление Военно-исторический музей в Дрездене (ФРГ) — невероятно продуманный на всех уровнях — от концепции до мелочей — проект. Это самый антивоенный музей, который я только могла себе представить.

АМ: Какие три идеи, будучи воплощёнными на практике в нашей стране, могли бы помочь и музейному делу и АВ-отрасли?

ТФ: Во-первых, я считаю необыкновенно важным правильное выстраивание работы над созданием музейной экспозиции. Нужно помнить, что если мы не начали такую работу с создания концепции, мы потеряли в качестве результата.
Если мы не написали сценарий до начала работы, мы потеряли ещё. Если мы действуем вне технического и художественного проекта, создавая экспозицию, ситуация ухудшается ещё больше. Второе: огромное — основное — значение для успешности мультимедийных программ в музеях имеет собственно содержание этих программ. Мы не можем компенсировать даже самой дорогой и продвинутой техникой отсутствие этого содержания. Техника должна служить раскрытию смысла, а не наоборот — смысл не должен быть привязан к технике. Такая ошибка как атавизм ещё встречается в музеях, когда говорят: «Нам нужны интерактивные столы — а мы уж придумаем, что на них показывать». Но ведь подбор оборудования напрямую связан с тем, какое содержание и в каком контексте будет представляться! И третье: больное место для музеев — это обслуживание сложных инсталляций, которые мы сегодня создаём. Вообще, в России пока нет привычки учитывать такой фактор, как стоимость владения техникой — будь то оборудование музея, автомобиль или, скажем, бытовая техника. Если мы открываем прекрасный музей, но не обслуживаем его, не выделяем деньги на профилактику и ремонт техники, мы обрекаем его на то, что он проработает несколько месяцев или лет и потом просто умрёт. Сегодня если музей рассчитывает существовать долго и сохранять интерес публики, он должен смотреть вперёд и думать о том, чтo будет востребовано в будущем, работать на опережение. Больше того, мы должны помнить что никакой технический комплекс не может работать без постоянного грамотного обслуживания. Музей, который сегодня приобретает технические средства — часто огромные, — должен позаботиться ещё и о том, чтобы его специалисты умели управляться с «железом» и софтом. Мы в своих проектах стараемся работать так, чтобы минимизировать объём специальных знаний, который необходим сотрудникам музея для общения с техникой. Наши комплексы как правило включаются и выключаются одной кнопкой, мы наблюдаем удалённо за состоянием системы, но и в таком случае музейным работникам стоит пройти обучение, чтобы разбираться в том, как всё устроено, хотя бы в общих чертах. Самый лучший вариант — это заключение контракта на профилактическое и сервисное обслуживание техники с компанией-инсталлятором, но так делается очень редко. Это большой недостаток существующей системы. В свою очередь АВ- и IT-специалистам стоит уделять внимание повышению дружественности интерфейсов, которые они создают для музеев: чем проще и понятнее интерфейс, тем больше свободы у музейных работников в воплощении идей.

АМ: Большое спасибо за ваши ответы! Успехов вам и вашим коллегам.
 
 
 
 
< Пред.   След. >

inavate-twitter_50.jpg twitter_50.jpg facebook_50_2.jpg

   
 

Advertisement
Advertisement
64132-001_pls_banner_versand_120x240_ru.gif
Яндекс.Метрика