Домой Избранное Перспективы иммерсивного аудио в России. Интервью с Геннадием Васильевым из компании «Мерлин»

Перспективы иммерсивного аудио в России. Интервью с Геннадием Васильевым из компании «Мерлин»

147
PIT TOP

Вопрос: Расскажите о себе и обрисуйте вкратце текущую ситуацию с иммерсивными форматами аудио
Ответ: Меня зовут Геннадий Васильев, я сейлз-инженер компании “Мерлин”, глубоко погружён в форматы Dolby Atmos, L-Acoustics L-ISA и другие, с 2015 года занимаюсь разработками в области иммерсивного аудио. Уже тогда стало понятно, какие возможности дают такие системы, и я подумал: здорово было бы применить их в музыкальном пост-производстве.
Прошло семь лет; компании Dolby и Apple создали очень серьезную, сильную платформу для распространения музыки в иммерсивных форматах, и вот уже звукозаписывающие студии по всему миру, даже те, кто работал в обычном стереоформате, начали активно “переобуваться” в домашние системы Dolby Atmos для сведения в форматах 7.1.4, 9.1.6 и прочих.

Вопрос: Есть ли такие студии в России?
Ответ: Да, есть, как минимум те, которые работают в форматах для кино – CineLab, “Мосфильм” и другие. Немного иначе обстоит дело с музыкальноым производством. Как только стала доступна функция загрузки в Apple Music треков в формате Dolby Atmos, российские продюсеры, которые делают музыку для артистов высокого уровня, получили от работающих в России международных издателей разнарядку: “Следующие релизы микшируйте не только в стерео, но и в Dolby Atmos”. То есть инфраструктуры в России ещё нет, а запрос от “мейджоров” уже поступил. В результате все ринулись на CineLab и другие “киношные” студии, чтобы хоть как-то сводить музыку в формате Dolby Atmos. Да, на этих студиях есть вся необходимая инфраструктура, но она избыточна для сведения музыки. Однако совсем недавно открылась студия в Доме Культуры ГЭС-2, построенная на основе многоканальной системы объектного микширования L-Acoustics L-ISA+Dolby, и там уже кипит работа.

Вопрос: Как в ближайшее время может измениться ситуация?
Ответ: Работающих в иммерсивных форматах студий становится всё больше, и в в России много погруженных в этот алгоритм специалистов. Однако им не нужен “большой” Atmos, они производят оригинальный контент для российских стриминговых сервисов IVI, Оkko и других – контент для “малого экрана”. Повторю: от издателей, продюсеров и музыкантов появился запрос на иммерсивный контент, а значит, будут активно востребованы инструменты для его создания и воспроизведения.

Вопрос: Приведите, пожалуйста, примеры, кто в России заинтересован во внедрении иммерсивных аудио систем?
Ответ: Я знаком как минимум с одним музыкантом и продюсером, который, как только “пошла волна” и появились спецификации (Data sheet ) по “самостоятельной сборке” Dolby Atmos, построил в своем загородном доме студию в конфигурации 7.1.4 и сейчас успешно работает в этом формате. Отмечу, что его клиенты –
“топовые” российские артисты, такие как The Hatters, которые до февраля с.г. выпускались на представленных в России крупных международных лейблах.

Вопрос: Какие у всего этого перспективы на музыкальном рынке?
Ответ: Понимая, как работает объектно-ориентированное микширование, невольно приходишь к выводу, что через какое-то время в этой области всё должно прийти к “плюс-минус единому” стандарту, как это ранее произошло с форматом 5.1. Теперь он используется и в Dolby, и в DTS, то есть не привязан к бренду. Есть запрос и со стороны заказчиков: буквально в прошлом году мы на одном непростом объекте согласовывали с заказчиком удовлетворяющие обоим форматам точки размещения громкоговорителей, чтобы в одном зале объединить и систему L-Acoustics L-ISA, и систему Dolby. Я считаю что иммерсивные системы в любом случае будут “заходить” в престижные частные и корпоративные инсталляции.

Вопрос: Кто составляет основу целевой аудитории музыкальных записей в иммерсивных форматах?
Ответ: До сих пор существует такая когорта любителей музыки – аудиофилы. Их “потолок” – слушать дома на хорошем диване прекрасное стерео с “винила”… Небольшая их часть увлекалась бинауральной стереофонией, квадрофонией… Надо сказать, что “расширением стереобазы” от самых истоков звукозаписи и до сегодняшнего дня занимались продвинутые музыканты, продюсеры, студии – и любящие музыку инженеры. Их можно назвать корифеями иммерсивного аудио.
Однако после того, как к процессу подключились программисты, дело пошло куда шире. Теперь целевой аудиторией иммерсивного аудио можно считать всех пользователей Apple. Маркетологи, между прочим, эту историю “пушат”, вот выпустили бинауральные наушники и “рассказывают” пользователям: “вот он, Dolby Atmos!”, но не стоит забывать, что это всего лишь его “виртуальный вариант”. Ясно, что демонстрировать людям новые возможности – это всегда полезно. Но раньше об этом рассказывали только в кино, а нынче – по всему миру, и делает это крупный глобальный игрок, у которого возможностей гораздо больше.

Вопрос: Какие вы видите коммерческие перспективы иммерсивных приложений?
Ответ: Думаю, что лет через пять придумают наушники уже с несколькими динамиками — и это будет уже устройство премиального класса. Возможно, скоро появятся алгоритмы, преобразующие в “иммерсивку” винил, а это позволит “ввести в формат” наши любимые старые записи.
По всему миру существуют библиотеки, где хранятся оцифрованные многоканальные или хотя бы стереофонические “мастера” шедевров. Их можно перемикшировать – и сделать уникальное предложение воображаемому покупателю: “для вас готов персональный иммерсивный микс”. Не то что в 90-е, помните, тогда было модно переписывать музыку с винила на кассеты!

Вопрос: Какие выгоды в этом плане “светят” потенциальному заказчику и поставщику?
Ответ: Вложив средства в “персональный иммерсивный микс”, заказчик сможет показать: я, дескать, такого уровня персона, что “ребята из Сонорусс” договорились с правообладателем, взяли у него многоканальную запись и пересвели – только для меня. И теперь у меня есть NFT, цифровой артефакт, который я могу послушать в своём прекрасном доме, в чудесном иммерсивном формате, частью которого являются мои любимые колонки L-Acoustics.
С точки зрения поставщиков, мне кажется, дело прекрасно “пойдёт” как дополнительная услуга. Вообразите себе такой диалог: “Мы предлагаем вам новое решение – ок, а где я возьму контент? — бинго, да вот он, только для вас! Хотите – пересведём вам Nirvan’у, а хотите – “Битлов”. Повторю, всё, что сохранилось в “цифре”, можно перевыпустить в иммерсивном формате.

Вопрос: Есть ли тут “кусочек пирога” для музыкантов?
Ответ: Лично мой первый опыт прослушивания аудио трека в формате Dolby случился в 2015 году, в штаб-квартире компании. Не помню автора и исполнителя, но это был “прикольный” женский вокал, и какую-то фразу в миксе обработали дилеем (задержкой) и пустили “пинг-понгом” по потолочным громкоговорителям, от экарана к сидящим в зале зрителям… Для записи и озвучивания через системы объектного звучания, например, в формате L-ISA, идеально подходит неоклассика, ведь её адептам хочется слышать “отдельно, но в совокупном пространстве” каждый инструмент, каждый голос, каждый звук.
Или электронная музыка – взять, к примеру, хаус или транс, где много пространственных звуков, или диджейские сеты с их сэмплами, дилеями – иммерсивные системы могут сильно продвинуть диджеинг, вывести его на более высокий уровень.
И у звукорежиссеров появится возможность получить новый опыт, новую звуковую палитру в плане расположения в пространстве. Они начнут мыслить не только в терминах классического стереополя, а гораздо шире.

Вопрос: Как скоро, по-вашему, новые форматы аудио “перевернут нашу жизнь”?
Ответ: Вопрос интересный. В случае с кино случилось вот что: новые инструменты стали доступны, но часто ли их используют? Оказалось, чтобы ту или иную визуальную картину, героя, объект на экране “обыграть звуком”, нужны время, воля и финансы. Продюсерам постоянно приходится выбирать: купить ли 200 студийных часов или 20, заморочиться ли “по полной” или лишь немного, чтобы показать “фишку”, заманить?…
То же и в музыке. Появился новый инструмент, но готовы ли мы его использовать (вопрос к игрокам индустрии звукозаписи)? Еще 20 лет назад музыка выпускалась альбомами, и студийная инфраструктура была выстроена соответствующим образом. Сейчас же музыка выпускается синглами, пять-шесть релизов в год, и у них более короткий срок жизни. Сильно сократился производственный цикл, и в этой парадигме приходится искать компромисс между энтузиазмом и желанием вернуть вложенные средства.
И тут слово за потребителями. Со своей же стороны напомню, что на нашей планете уже никто не слушает музыку одним ухом!